Переводные картинки
31/12/2003 19:19Кто помнит, а кто не может помнить.
В моем детстве были такие, напечатанные на бумаге картинки, которые обмакивались в воду, приклеивались на лист, а потом надо было осторожно снимать слой бумаги, чтобы картинка, бледный намек на которую просвечивал через бумажный слой, проявилась во всей красе.
При малейшей неуклюжести, тонкий слой краски коробился, съезжал, и картинку приходилось выкидывать.
Этот образ отлично подходил для воспоминаний. Ты роешься в памяти и вытаскиваешь нечто блеклое, которое при осторожном развертывании становится яркой картинкой.
Почему прошлое всплывает картинками, я не знаю, но это факт. Может быть у других это по другому.
Теперь другое время и образы другие. Моя память мне напоминет туманные картинки из фотошопа, которые мы создаем для того, чтобы поставить их фоном. В них исчезают подробности, детали и цвет. Но остается "взгляд и нечто".
Остаются фигуры, которые выплывают из тумана.
Как то раз мы с родителями ходили на байдарке по Кожиму.
В этот поход мы отправились с Григорянсом. С ним мы познакомились за год до этого в походе по Угре. Там мы разбили лагерь рядом с ним его женой и провели вместе один приятный день. В этот же поход - по Кожиму Григорянц взял, почему-то не жену, а другую женщину. Она тоже была ничего, но жена его нам нравилась больше.
Поход состоял из того, что мы поднимались по горной речке вверх, и вели за собой байдарки, а потом планировали сплавиться вниз, по тому же маршруту - в верхней точке Кожима не было населенных пунктов, откуда было бы можно начать маршрут.
Самым страшным шоком в начале похода для нас была мошка. До такой степени, что папа поставил палатку, забрался внутрь, закупорил выходы и впал в деперссию. Потом выяснилось, что и с мошкой можно жить. Пока идешь, ее с тебя сдувает. А когда садится солнце она вообще исчезает, по сравнению с мошкой комары это ничто. Она забирется, забивается всюду. Если на мне надеты трусы, сверху майка, сверху штаны, сверху рубашка, сверху куртка - она все равно пролезет до тела и выест в районе пояса. Но лагерь мы разбивали после захода - ночи уже были не белые, но все равно светлые.
Потом нам компания Григорянса надоела. Ему явно хотелось еще немного побыть наедине со своей подругой. Мы отделились и пустились в обратный путь. Те десять дней пути, что мы прошли пешком промелькнули за полтора дня при спуске по горной речке.
Вечером мы собрали байдарку и прочее барахло и отправились к станции через болото.
Ночь была уже довольно темная, дело шло к осени. На болоте стоял туман, и только кое где из него выплывали странные, жутковатые стволы деревьев. Хотя каждый из нас тащил рюкзак на пределе своих возможностей, не возможно было остаться равнодушной к этой потрясающей красоте. Может поэтому при слове туман - это та картина, которая всплыла первой.
Потом мы добрались до станции, купили билеты и прикорнули в ожидании поезда.
Нам указали, где должен остановиться наш вагон, и мы спланировали программу посадки так: сначала залезет папа с самым тяжелым рюкзаком, а остальные рюкзаки мы ему будем передавать.
Когда поезд остановился (на две минуты), все двери были совершенно закрыты. Мы стали стучать, без всякого толку. По счастью, рядом был вагон рестран, из него высунулся официант и открыл нам дверь. Папа, как можно было предположить, от всего этого напряга забыл ранее составленный план, схватил самый легкий рюкзак и побежал к открытой двери. Мы с Мамой остались с рюкзаками, ни один из которых не могли поднять.
Все кончилось благополучно, хотя потом этот случай моему папе припоминали в семье всю жизнь, вплоть до развода.
Извиняюсь за длинность. Вовсе не собиралась, просто повело на воспоминания. Выплыло из тумана.
В моем детстве были такие, напечатанные на бумаге картинки, которые обмакивались в воду, приклеивались на лист, а потом надо было осторожно снимать слой бумаги, чтобы картинка, бледный намек на которую просвечивал через бумажный слой, проявилась во всей красе.
При малейшей неуклюжести, тонкий слой краски коробился, съезжал, и картинку приходилось выкидывать.
Этот образ отлично подходил для воспоминаний. Ты роешься в памяти и вытаскиваешь нечто блеклое, которое при осторожном развертывании становится яркой картинкой.
Почему прошлое всплывает картинками, я не знаю, но это факт. Может быть у других это по другому.
Теперь другое время и образы другие. Моя память мне напоминет туманные картинки из фотошопа, которые мы создаем для того, чтобы поставить их фоном. В них исчезают подробности, детали и цвет. Но остается "взгляд и нечто".
Остаются фигуры, которые выплывают из тумана.
Как то раз мы с родителями ходили на байдарке по Кожиму.
В этот поход мы отправились с Григорянсом. С ним мы познакомились за год до этого в походе по Угре. Там мы разбили лагерь рядом с ним его женой и провели вместе один приятный день. В этот же поход - по Кожиму Григорянц взял, почему-то не жену, а другую женщину. Она тоже была ничего, но жена его нам нравилась больше.
Поход состоял из того, что мы поднимались по горной речке вверх, и вели за собой байдарки, а потом планировали сплавиться вниз, по тому же маршруту - в верхней точке Кожима не было населенных пунктов, откуда было бы можно начать маршрут.
Самым страшным шоком в начале похода для нас была мошка. До такой степени, что папа поставил палатку, забрался внутрь, закупорил выходы и впал в деперссию. Потом выяснилось, что и с мошкой можно жить. Пока идешь, ее с тебя сдувает. А когда садится солнце она вообще исчезает, по сравнению с мошкой комары это ничто. Она забирется, забивается всюду. Если на мне надеты трусы, сверху майка, сверху штаны, сверху рубашка, сверху куртка - она все равно пролезет до тела и выест в районе пояса. Но лагерь мы разбивали после захода - ночи уже были не белые, но все равно светлые.
Потом нам компания Григорянса надоела. Ему явно хотелось еще немного побыть наедине со своей подругой. Мы отделились и пустились в обратный путь. Те десять дней пути, что мы прошли пешком промелькнули за полтора дня при спуске по горной речке.
Вечером мы собрали байдарку и прочее барахло и отправились к станции через болото.
Ночь была уже довольно темная, дело шло к осени. На болоте стоял туман, и только кое где из него выплывали странные, жутковатые стволы деревьев. Хотя каждый из нас тащил рюкзак на пределе своих возможностей, не возможно было остаться равнодушной к этой потрясающей красоте. Может поэтому при слове туман - это та картина, которая всплыла первой.
Потом мы добрались до станции, купили билеты и прикорнули в ожидании поезда.
Нам указали, где должен остановиться наш вагон, и мы спланировали программу посадки так: сначала залезет папа с самым тяжелым рюкзаком, а остальные рюкзаки мы ему будем передавать.
Когда поезд остановился (на две минуты), все двери были совершенно закрыты. Мы стали стучать, без всякого толку. По счастью, рядом был вагон рестран, из него высунулся официант и открыл нам дверь. Папа, как можно было предположить, от всего этого напряга забыл ранее составленный план, схватил самый легкий рюкзак и побежал к открытой двери. Мы с Мамой остались с рюкзаками, ни один из которых не могли поднять.
Все кончилось благополучно, хотя потом этот случай моему папе припоминали в семье всю жизнь, вплоть до развода.
Извиняюсь за длинность. Вовсе не собиралась, просто повело на воспоминания. Выплыло из тумана.
no subject
Date: 31/12/2003 10:20 (UTC)Переводные картинки и воспоминания!
Спасибо большое!
Получила пребольшущее удовольствие!
И С Новым годом!
no subject
Date: 01/01/2004 11:49 (UTC)no subject
Date: 31/12/2003 23:34 (UTC)И - между нами, верующими евреями - с Новым Годом! :)
no subject
Date: 01/01/2004 11:53 (UTC)А почему бы и нет. Зарплату заплатили, есть повод благодарить Всевышеного.
И вообще, почему не может быть каждый день новый год чему-то. Ведь у нас и так - четыре. Почему бы не добавить еще.
no subject
Date: 01/01/2004 00:47 (UTC)no subject
Date: 01/01/2004 10:28 (UTC)