Продолжение дневника.
16/08/2005 10:52![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
nechamanВоскресенье 9 ава.
В пятницу опять отправила дневник в ЖЖ. Не знаю правильно ли это, нужно ли. Петька попросил отдать ему машину. Ну что-же, я понимаю, я отдала. Машину отвез ему Юлик Эдельштейн.Он сейчас живет в Гадиде. Интересно, как его будут выселять, со всех точек зрения.
Что сказать. Мы тут не "Иов", мы тут, по выражению Элиэзера Берковича "Братья Иова". Мы не можем почувствовать, мы только можем сочувствовать. И это не одно и то же.
Вечером во время чтения Эйхи, несколько раз чтец замолкал, и не мог продолжать, из-за слез. Честно, в жизни не слышала, чтобы так рыдали, читая Эйху. Хотя, конечно, положено плакать, и даже часто есть о чем.
----Попробую-ка я перепечатать то, что написано до приезда комьютера. Хоть при деле буду, а не думать постоянно о...
О чем я думаю постоянно. О том зачем я здесь, и что за странную роль Бог послал меня сюда играть. Да, мы сидели в песке и на солнце. Мы постились, молились и плакали с жителями Гуша. Но вот завтра, когда придут меня отсююда выкинуть, что я могу сделать, что могу сказать? Только слова есть у меня, а сила их слаба. Смогу ли я сказать что-то что поколеблет уверенность железобетонных стражей порядка? Что сделает их другими людьми? Поможет ли это кому-то? Или не говорить ничего?
Да и станет ли кто слушать? Мы то тут вообще бесправны, просто пришли сочувствовать. Никто слушать меня не обязан.
Не обязан, но может согласится все равно?
Сегодня была молитва женщин в синагоге, как велела рабанит Капах. Открыли шкаф с книгой Торы и молились. Боже, услышь нас.
Понедельник
Сообразила, что тут наконец появился стол, на который можно натянуть сетку. Поэтому сегодня играем в пинг-понг. Шмулик снова при деле.
Честно, в глубине души надеялась, что все кончится быстро. Хотя знаю, что быстро ничего не бывает. Даже чудеса не случаются быстро. Сколько времени занял Исход из Египта, и как это все было не просто.
Да и чудеса наши личные не случались в момент. Когда Горбачев пришел к власти, мы еще долго не верили, что все изменилось всерьез. Как-то, казалось, что СССР незыблем, и это просто очередной "фокус".
Выселят ли нас, или произойдет чудо, это все не случится сегодня. Начинается борьба, в которой теоретически мы выиграть не можем. А практически, кто знает.
Люди по-прежнему ухитряются проникнуть в Гуш, не смотря на то что она "закрыта и заперта". Как, не знаю. Между поселениями грозились поставить заставы, но люди ездят туда-сюда. В Ацмону пока офицеров с ордерами не пустили.
Вечером тут ожидается "кумзиц", сделала салат.
Эта "благодарственная трапеза" организовалась по инициативе Синя Тора. Он приехал сюда и сказал "Таарох лефанай шульхан негед цорерай" ("Ты накрываешь предо мною стол на виду у врагов моих" [Псалом 23] – можно понимать и как "против врагов моих") . Значит нужно устроить трапезу.
Зарезали кур, купили мяса. Каждый принес что-то: салат, или картошку.
Разожгли костер и все – жители и гости собрались на травке в центре поселка. Играли, пели, ели и беседовали. Немного сюрреалистическое действо, но очень впечетляющее, и дающее силы. В конце Шмулик заснул на песке у костра, и я отвела его в палатку. И сама ушла, так как вообще-то учавствовать в празднествах мне нельзя, у меня еще "траурный год", но тут я решила не отделяться, хотелось быть со всеми.
В пятницу опять отправила дневник в ЖЖ. Не знаю правильно ли это, нужно ли. Петька попросил отдать ему машину. Ну что-же, я понимаю, я отдала. Машину отвез ему Юлик Эдельштейн.Он сейчас живет в Гадиде. Интересно, как его будут выселять, со всех точек зрения.
Что сказать. Мы тут не "Иов", мы тут, по выражению Элиэзера Берковича "Братья Иова". Мы не можем почувствовать, мы только можем сочувствовать. И это не одно и то же.
Вечером во время чтения Эйхи, несколько раз чтец замолкал, и не мог продолжать, из-за слез. Честно, в жизни не слышала, чтобы так рыдали, читая Эйху. Хотя, конечно, положено плакать, и даже часто есть о чем.
----Попробую-ка я перепечатать то, что написано до приезда комьютера. Хоть при деле буду, а не думать постоянно о...
О чем я думаю постоянно. О том зачем я здесь, и что за странную роль Бог послал меня сюда играть. Да, мы сидели в песке и на солнце. Мы постились, молились и плакали с жителями Гуша. Но вот завтра, когда придут меня отсююда выкинуть, что я могу сделать, что могу сказать? Только слова есть у меня, а сила их слаба. Смогу ли я сказать что-то что поколеблет уверенность железобетонных стражей порядка? Что сделает их другими людьми? Поможет ли это кому-то? Или не говорить ничего?
Да и станет ли кто слушать? Мы то тут вообще бесправны, просто пришли сочувствовать. Никто слушать меня не обязан.
Не обязан, но может согласится все равно?
Сегодня была молитва женщин в синагоге, как велела рабанит Капах. Открыли шкаф с книгой Торы и молились. Боже, услышь нас.
Понедельник
Сообразила, что тут наконец появился стол, на который можно натянуть сетку. Поэтому сегодня играем в пинг-понг. Шмулик снова при деле.
Честно, в глубине души надеялась, что все кончится быстро. Хотя знаю, что быстро ничего не бывает. Даже чудеса не случаются быстро. Сколько времени занял Исход из Египта, и как это все было не просто.
Да и чудеса наши личные не случались в момент. Когда Горбачев пришел к власти, мы еще долго не верили, что все изменилось всерьез. Как-то, казалось, что СССР незыблем, и это просто очередной "фокус".
Выселят ли нас, или произойдет чудо, это все не случится сегодня. Начинается борьба, в которой теоретически мы выиграть не можем. А практически, кто знает.
Люди по-прежнему ухитряются проникнуть в Гуш, не смотря на то что она "закрыта и заперта". Как, не знаю. Между поселениями грозились поставить заставы, но люди ездят туда-сюда. В Ацмону пока офицеров с ордерами не пустили.
Вечером тут ожидается "кумзиц", сделала салат.
Эта "благодарственная трапеза" организовалась по инициативе Синя Тора. Он приехал сюда и сказал "Таарох лефанай шульхан негед цорерай" ("Ты накрываешь предо мною стол на виду у врагов моих" [Псалом 23] – можно понимать и как "против врагов моих") . Значит нужно устроить трапезу.
Зарезали кур, купили мяса. Каждый принес что-то: салат, или картошку.
Разожгли костер и все – жители и гости собрались на травке в центре поселка. Играли, пели, ели и беседовали. Немного сюрреалистическое действо, но очень впечетляющее, и дающее силы. В конце Шмулик заснул на песке у костра, и я отвела его в палатку. И сама ушла, так как вообще-то учавствовать в празднествах мне нельзя, у меня еще "траурный год", но тут я решила не отделяться, хотелось быть со всеми.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 16/08/2005 09:33 (UTC)Где он это сказал?
no subject
Date: 18/08/2005 08:44 (UTC)http://www.machanaim.org/philosof/vera/gl3.htm
Просто отметиться
Date: 16/08/2005 09:56 (UTC)no subject
Date: 16/08/2005 12:34 (UTC)no subject
Date: 16/08/2005 12:49 (UTC)Сегодня зачитывала ваш дневник В. - он сидит на махсоме.
no subject
Date: 16/08/2005 19:38 (UTC)