Про Ванечку
11/01/2003 20:54![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
nechamanКогда-то, когда мы жили в Теплом Стане, жил с нами в одном подъезде такой Ванечка. Алкоголик, бабник и горнолыжник. Бывало, встречался он мне в подъезде и рассказывал, у какой бабы был вчера, и как ушел от нее по ошибке в ее трусиках, причем рвался тут же на лестнице мне эти трусики продемонстрировать. Я его иногда слушала, и он, увлекаясь, рассказывал мне всякие вещи. Например, про женскую горнолыжную сборную, как бедные чемпионки волнуются перед соревнованием, и что единственный способ их успокоить, это с ними переспать. При этом негласно подразумевалось, что именно на этой должности в нашей горнолыжной сборной он и содержался.
Иногда он рассказывал всякие страсти про свое детство, что вырос при лагере, при этом не уточняя, кем в лагере работали его родители. Рассказывал, про то, как беглый зэк угрожая, врывался к ним в дом и прятался под кровать, откуда его потом вытаскивали собаками.
К его рассказам я относилась отстраненно, как к литературе, редко задумываясь, какая доля правды в них содержится. Все считать ложью не получалось, потому что, сначала, он просто хвастался, что он горнолыжник, и это тоже выглядело сомнительно, но как-то выяснилось, что, он правда, катается отлично.
Иногда мы пересекались с ним в доме моей соседки, куда я заглядывала, стрельнуть сигарет, и застревала надолго. Как-то раз, когда у соседки на кухне сидело довольно много народу, он вдруг вскочил и закричал: "Смотрите, вон она идет такая замечательная, толстая женщина, и меня любит. Внизу под окном проходила симпатичная, консервативная еврейская пара из нашего подъезда. Трудно было представить, что существует реально какая-то связь между Ванечкой и этой женщиной. Но Ванечка не просто это объявил во всеуслышанье, но еще и высунулся в окно и стал нашей соседке что-то в таком же духе, почти неприличное. Женщина же, шла не оборачиваясь и никак не реагируя на его призывы. В тот момент, я подумала, что это, конечно, в данном случае полный Ванечкин бред. Но со временем, я поняла, окончательно, что о реальности и нереальности Ванечкиных историй судить я никогда не смогу.
У соседки в тот раз собрались ее школьные друзья, а среди них ее первый муж - Б. Со своей новой женой - немкой. Ванечка снова затесался в компанию. В тот момент, когда он увидел жену Б., он совершенно обалдел, пришел в восторг, и тут же свой восторг выразил и словами и действием. Он подсел к этой немке, начал ее гладить в восхищении и говорить приблизительно так: поглядите, какие потрясающие, большие руки, и какие замечательные большие ноги, и т.д. Немка млела. Ей нравилось это русское простодушное восхищение. Ее молодой муж был несколько натянут. Мне происходящее было плохо понятно, даже со скидкой на различие в ментальности. И вообще, картина мне не была приятна, и я пошла домой. На лестнице стояли двое из старых друзей соседки, и один другому довольным тоном говорил: "Так ему Б. и надо. Раньше он с нами всегда так поступал, пускай же теперь прочувствует, как это приятно".
Иногда Ванечка заводил со мной разговоры про диссидентов, упоминая всякие имена и высказывая свою осведомленность, но я молчала, как рыба об лед.
Интересно, что у Ванечки была жена, тихая и на вид интеллигентная, и ангелоподобный сын, которые как-то не вписывались в картину. Был еще и папа, который как-то во дворе, когда мы гуляли с детьми, читал мне Ахамтову. Мне хотелось у него уточнить правду, про лагерь, но я так и не спросила. Честно говоря, какая мне разница, что было правдой, а что нет.
Через несколько лет Ванечка куда-то исчез, по-видимому, они с женой развелись. Потому что она через некоторое время вышла замуж за человека разительно не похожего на Ванечку. Он был монголоидной расы, широк в плечах, основателен, и явно хорошо устроен в жизни.
Еще через несколько лет я снова встретила Ванечку во дворе. Не знаю, зачем он появился, может сына заходил проведать. Он был почти трезв. Сильно изменился. Шея стала вдвое толще, и лицо покрыто бронзовым загаром. Говорил, по своему обыкновению пошлости про свою жену и ее нового мужа. Хвастался, что воевал в Афганистане.
В то время мы прочно сидели в отказе. Прощаясь, я сказала Ванечке:
"Ты слышь, когда будешь в следующий раз за арабов воевать, я тебе с другой стороны ручкой махну, мол, это я Наташа, так не стреляй в меня, ладно".
С тех пор я его не видела.
Да, еще хотела добавить, чтобы быть к нему справедливой. Ко мне он никогда не пытался приставать. И никогда никому никаких гадостей про меня не говорил.
Иногда он рассказывал всякие страсти про свое детство, что вырос при лагере, при этом не уточняя, кем в лагере работали его родители. Рассказывал, про то, как беглый зэк угрожая, врывался к ним в дом и прятался под кровать, откуда его потом вытаскивали собаками.
К его рассказам я относилась отстраненно, как к литературе, редко задумываясь, какая доля правды в них содержится. Все считать ложью не получалось, потому что, сначала, он просто хвастался, что он горнолыжник, и это тоже выглядело сомнительно, но как-то выяснилось, что, он правда, катается отлично.
Иногда мы пересекались с ним в доме моей соседки, куда я заглядывала, стрельнуть сигарет, и застревала надолго. Как-то раз, когда у соседки на кухне сидело довольно много народу, он вдруг вскочил и закричал: "Смотрите, вон она идет такая замечательная, толстая женщина, и меня любит. Внизу под окном проходила симпатичная, консервативная еврейская пара из нашего подъезда. Трудно было представить, что существует реально какая-то связь между Ванечкой и этой женщиной. Но Ванечка не просто это объявил во всеуслышанье, но еще и высунулся в окно и стал нашей соседке что-то в таком же духе, почти неприличное. Женщина же, шла не оборачиваясь и никак не реагируя на его призывы. В тот момент, я подумала, что это, конечно, в данном случае полный Ванечкин бред. Но со временем, я поняла, окончательно, что о реальности и нереальности Ванечкиных историй судить я никогда не смогу.
У соседки в тот раз собрались ее школьные друзья, а среди них ее первый муж - Б. Со своей новой женой - немкой. Ванечка снова затесался в компанию. В тот момент, когда он увидел жену Б., он совершенно обалдел, пришел в восторг, и тут же свой восторг выразил и словами и действием. Он подсел к этой немке, начал ее гладить в восхищении и говорить приблизительно так: поглядите, какие потрясающие, большие руки, и какие замечательные большие ноги, и т.д. Немка млела. Ей нравилось это русское простодушное восхищение. Ее молодой муж был несколько натянут. Мне происходящее было плохо понятно, даже со скидкой на различие в ментальности. И вообще, картина мне не была приятна, и я пошла домой. На лестнице стояли двое из старых друзей соседки, и один другому довольным тоном говорил: "Так ему Б. и надо. Раньше он с нами всегда так поступал, пускай же теперь прочувствует, как это приятно".
Иногда Ванечка заводил со мной разговоры про диссидентов, упоминая всякие имена и высказывая свою осведомленность, но я молчала, как рыба об лед.
Интересно, что у Ванечки была жена, тихая и на вид интеллигентная, и ангелоподобный сын, которые как-то не вписывались в картину. Был еще и папа, который как-то во дворе, когда мы гуляли с детьми, читал мне Ахамтову. Мне хотелось у него уточнить правду, про лагерь, но я так и не спросила. Честно говоря, какая мне разница, что было правдой, а что нет.
Через несколько лет Ванечка куда-то исчез, по-видимому, они с женой развелись. Потому что она через некоторое время вышла замуж за человека разительно не похожего на Ванечку. Он был монголоидной расы, широк в плечах, основателен, и явно хорошо устроен в жизни.
Еще через несколько лет я снова встретила Ванечку во дворе. Не знаю, зачем он появился, может сына заходил проведать. Он был почти трезв. Сильно изменился. Шея стала вдвое толще, и лицо покрыто бронзовым загаром. Говорил, по своему обыкновению пошлости про свою жену и ее нового мужа. Хвастался, что воевал в Афганистане.
В то время мы прочно сидели в отказе. Прощаясь, я сказала Ванечке:
"Ты слышь, когда будешь в следующий раз за арабов воевать, я тебе с другой стороны ручкой махну, мол, это я Наташа, так не стреляй в меня, ладно".
С тех пор я его не видела.
Да, еще хотела добавить, чтобы быть к нему справедливой. Ко мне он никогда не пытался приставать. И никогда никому никаких гадостей про меня не говорил.
